На виражах жизни - Геннадий Табаков

Все это было терпимым, а вот ватные штаны, подпоясанные ремнём, были без высокой защитной спинки и при наклоне, обе рубахи, летняя бязевая и зимняя байковая, постоянно выскакивали из-под ремня и спина, один на один, оставалась с холодным ветром.

Только через много лет кто-то додумается шить тёплые штаны для военных в виде комбинезона и почти до самых плеч. Не скрываю, что первую зиму я часто болел и лежал с высокой температурой в медсанчасти.

В результате всех зимовок я приобрёл не только закалку и опыт выживания в этих условиях, но и, в придачу, хронический радикулит, который напоминал о себе всегда, когда спина попадала под сквознячок. Только на пенсии, заведя пасеку пчёл, стал постепенно забывать об этой нудной болезни.

Быстро пролетали учебные дни и мне все реже вспоминался дом. В выходные дни, когда многие курсанты уезжали в город в увольнение, я вместе с Виктором Власенковым, периодически обновлял и совершенствовал Ленинскую Комнату.

Оформляем Ленинскую комнату… Г. Табаков И В. Власенков

Задание ставил лично командир роты майор Горкун, у которого инициатива в этом вопросе перехлёстывала через край, а мы все свободное от учёбы время рисовали и писали, вернее, рисовал больше я, а Виктор писал на стендах красивым шрифтом.

Между делом, я перечитывал по несколько раз полученные письма. Из дома писали с тревогой об обострении болезни отца, вынужденного месяцами лежать в больнице. От друзей письма приходили все реже и реже, только не забывали меня сестры Кубышкины.

Старшая сестра Люба писала обо всех новостях в Шемонаихе и передавала приветы от Вали, присылая иногда фотографии.

Я мечтал на зимних каникулах поехать в отпуск и увидеть всех, а для этого надо было отлично учиться и сдать все нормативы по физической подготовке.

И я учился, закончив полугодие круглым отличником. Физическая подготовка тоже давалась легко, а стометровку, полосу препятствий, кросс на 3 километра бегал в числе лучших.

Лыжные кроссы бегали зимой по воскресеньям, предварительно насыпав лопатами снег на лыжню, которая первыми лыжниками быстро разбивалась, а последние шли уже почти по сухой траве. Вечерами, как и все, занимался на перекладине, тренируя тело силовыми упражнениями.

Перед лыжным кроссом по Моховой Пади…

Подводя итоги полугодия, командир роты вывел из строя меня и ещё несколько отличников и объявил, что за отличные успехи мы заслужили отпуск в период зимних каникул.

Выслушав это, я обрадовался, но радость была преждевременной! Отпустили в отпуск только тех, чьи семьи проживали в пределах Дальнего Востока и Забайкалья.

Вот когда я впервые пожалел, что уехал так далеко от дома! Все каникулы я провёл в казарме, оформляя Ленинскую комнату и различные стенды с экранами успеваемости, делал косметический ремонт казармы, совместно с курсантами, которых не отпустили из-за слабой успеваемости, низкой физической подготовки или нарушений воинской дисциплины.

Но когда вновь начались занятия по общеобразовательным предметам и боевой подготовке, то все забылось и я с головой погрузился в учёбу! Все давалось легко, да и уже стыдно было получать низкие оценки, которые могли понизить мой рейтинг в экране успеваемости нашего взвода, где против моей фамилии краснели только отличные оценки.

За этим, ревностно, смотрел новый командир нашего взвода старший лейтенант А. Сафронов, заменивший, по неизвестным нам причинам, бывшего взводного. Он был высокого роста, с шапкой светлых волос на голове и ничего не выражающим пристальным взором, и всегда, как мне казалось, не выпускал дымящуюся папиросу из пухлых губ.

Только позже, забегая вперёд, когда я сам командовал таким же взводом курсантов в Омском Танко-Техническом училище, понял, что главную работу по воспитанию и повышению успеваемости подчинённых он делал успешно и толково.

Тщательно вёл учёт успеваемости каждого курсанта и вовремя подсказывал, какую оценку он должен получить, чтобы получить красный диплом. Это я, впоследствии, тоже успешно применял в своей практике.

С большим интересом я занимался изучением средств связи, этому способствовали знания, полученные ещё дома. Увлечение радиотехникой не прошло даром, я быстро мог разобраться в любой радиосхеме, да ещё помогал понять это и ребятам с нашего взвода во время самоподготовки.

Незаметно мы превратились в дружную семью, несмотря на то, что курсанты были разных национальностей и из разных мест. Иногда рассказывали друг другу о доме, оставшихся там родных и близких людях, о своих увлечениях и занятиях в прежней жизни – все это сближало нас и помогало пережить моменты невыносимой ностальгической боли.

В нашем взводе подобрались толковые и общительные курсанты. Особо подружился я с ребятами из нашего отделения: Сашей Настас, Виктором Перминовым, Женей Шушкановым, Геной Казначеевым, Витей Курбатовым

Произошли изменения и в жизни Училища. С большим сожалением проводили мы Начальника Училища генерал-майора танковых войск В. Л. Табакина к новому месту службы. Все курсанты очень уважали этого требовательного и человечного генерала.

Новый Начальник Училища полковник М. З. Лукьянов, впоследствии получивший генеральское звание, круто изменил нашу курсантскую жизнь, приказав перенести танцплощадку из парка в посёлке на территорию училища.

Одновременно, началось строительство КПП (Контрольно-Пропускного Пункта) и высокого забора вокруг училища, а там где его не было, приказом были определены границы, выход за которые считался самовольной отлучкой.

Естественно, сразу увеличилось количество грубых нарушений среди курсантов, привыкших к свободному выходу в посёлок, где находилась почта, магазин «Военторг», станция. В то же время, значительно уменьшилось количество приезжающих девушек на танцы или просто в гости, чтобы прогуляться по «Сопке Любви» со знакомыми курсантами.

Все тяготы по строительству КПП, забора, танцплощадки легли на плечи курсантов нашего батальона, вдобавок ещё, мы заложили и строили пьедестал для тяжёлого танка, который будет установлен к 50-летию Вооружённых Сил СССР, в честь героев танкистов, выпускников Училища.

Памятник танкистам, выпуснкикам училища… Моховая Падь

Танк стоит до сих пор, гордо и одиноко, напоминая ветеранам-выпускникам, традиционно, собирающимся к нему в День Танкистов, чтобы возложить цветы к подножию пьедестала, выпить чарку с друзьями, вспомнить молодость и то, что здесь когда-то располагалось прославленное училище.

Сейчас, поговаривают, идёт обсуждение вопроса о переносе памятника в город Благовещенск, так как бывшую территорию училища выкупили коммерческие структуры.

Все стройки велись в не учебное время, учёба шла по установленным планам и расписанию. Шёл Юбилейный год – страна готовилась встречать 50-летие Великой Октябрьской Социалистической Революции.

Готовились и мы, старательно занимаясь, чтобы выполнить, взятые в начале учебного года, повышенные социалистические обязательства. Моё личное обязательство – закончить учебный год на отлично!

Занятия шли полным ходом. Этому способствовало то, что занятия вели опытные преподаватели, в большинстве имеющие опыт прошедшей Великой Отечественной Войны, с которым они охотно делились с нами.

Хорошо помню рассказы майора Асташова, который на занятиях по тактике, в перерывах, иногда забывая про текущую тему, рассказывал неиссякаемые эпизоды своей военной судьбы, начавшейся в мальчишеские годы в партизанском отряде, а потом, оставшуюся часть войны, он прошёл на знаменитой «Тридцатьчетвёрке» с единым прицелом БР-12 (расстояние прямого выстрела).

Мы всегда с большим вниманием слушали его, боясь прервать рассказ каким-то вопросом, готовы были слушать часами, не только потому, что нам не хотелось стоять с картой на пронизывающем ветру и искать глазами очередной ориентир, типа «Особо кучерявого дерева», а потому, что в это время мы приступили к практическому вождению танков, начав водить первым этот знаменитый танк Т-34.

На вождении танков… Г. Табаков

Помню, отчётливо, первые метры движения, танк легко слушался рычагов, но при переключении передач, пришлось использовать и силу ног, чтобы давить на кулису и включить другую передачу. Только с помощью механика-инструктора, сидевшего рядом, на месте стрелка-радиста, смог переключиться и продолжить выполнять упражнение.

Через много лет, ведя современный, в то время, танк Т-80, передачи у которого, благодаря гидравлике, переключались тремя пальчиками, как на легковой» Волге» (ГАЗ-21), я, с уважением, думал о тех танкистах-фронтовиках, которые с победой выходили из боя, создав всемирную славу нашим танкам. А это было, поверьте, нелегко!